Регрессивный гипноз. Будущие жизни. Жизнь между жизнями.Reconnective Healing..
Меню сайта
Категории раздела
Новое
Видео
Регресс-что это?
ЖМЖ - что это?
Прогресс -что это?
Тесты-онлайн
Энергетика
Улыбнитесь!
Поиск
Прошлые жизни
Статистика
Облако тегов
‎п (9)
Ошо (3)
Видео сайта
Альтернативная история [9]
видео
Аффирмации. [7]
аффирмации
Брайан Уайсс [-]
Вы это можете [47]
ролики
Гипноз онлайн [9]
Сеансы
Долорес Кэннон [8]
видео
Духовность [15]
видео
Душа. Карма. Реинкарнация. [19]
Систематизированная подборка ответов, данных духами высокого ранга на заданные им вопросы. Это происходило в ходе спиритических сеансов так называемого «автоматического письма», или «психографии», в «Парижском Обществе спиритических исследований», ос
Жизнь после жизни [29]
видео
Каббала обо всем [10]
видео
Классики о любви... [16]
Кроличья нора с Морганом Фрименом [5]
видео
Медитации [18]
медитации
Мотиваторы [3]
Необъяснимое... [18]
Притчи [178]
Психология успеха [7]
видео
Путь к себе [30]
ролики
Регрессивный гипноз [17]
сессии
Сила мысли [16]
видео
Тренинги [4]
Успешные люди [31]
Энергетика [6]
Энергетические практики [10]
Юмор [15]
ролики
Тесты в картинках
Главная » 2020 » Ноябрь » 17 » Опыт клинической смерти.
10:28
Опыт клинической смерти.

В клинике.

   «Когда же этот ребенок наконец появится на свет?» — думала она, мучаясь от боли. Моя мать, Лоис Перл, делала в предродовой палате дыхательные упражнения и тужилась, тужилась... но все безрезультатно. Ребенок не появлялся. Шейка матки не раскрывалась. Только боль становилась все сильнее и сильнее. Врачи заглядывали к ней в промежутках между приемом других родов, чтобы проверить ее состояние. Мама старалась не кричать; она была преисполнена решимости не закатывать истерик, В конце концов, это ведь клиника! Тут же кругом больные...

   И все-таки, когда врач заглянула к ней в очередной раз, мама умоляюще подняла на нее глаза и, обливаясь слезами, спросила: «Это когда-нибудь кончится?»

   Озабоченная врачиха плотно прижала руку к маминому животу, чтобы понять, достаточно ли я «опустился», чтобы покинуть чрево матери. По лицу врача стало ясно: как раз в этом она не вполне уверена. Но, понимая, что мать испытывает мучительную боль, врач повернулась к медсестре и с неохотой проговорила: «Везите ее».

   Мать положили на каталку и вкатили в родильную палату. Когда врач снова принялась нажимать ей на живот, мать заметила, что комната наполнилась оглушительным криком и визгом. «Ну и ну, — подумала она, — в какое идиотское положение ставит себя эта женщина!» Но тут поняла, что в палате нет никого, кроме нее самой и медперсонала. Следовательно, это ее собственный визг... Значит, она все-таки устраивает истерику! Это ее всерьез обеспокоило.

   Когда же это все кончится?

   Врач ласково посмотрела на нее и дала вдохнуть немного эфира. Эффект был примерно тот же, как от наложения шины на отрезанную ногу.

   Мы ее теряем...

   Моя мать едва слышала этот голос сквозь рев моторов — огромных моторов, какие обычно бывают на заводах, а не в клиниках. Сначала их шум не был столь оглушительным. Этот звук, сопровождаясь покалыванием, возник где-то в районе ее ступней. Затем он начал перемещаться вдоль тела, как будто моторы двигались от ног к голове, и рокот при этом становился все громче. Там, где они прошли, тело теряло чувствительность. После них оставалось только окоченение.

   А там, куда моторы еще не дошли, со всей сокрушительной силой бушевала боль родов.

   Мать поняла, что запомнит эту боль на всю оставшуюся жизнь. Ее акушер-гинеколог - практичная, деловитая дама, похожая на сельского врача, — полагала, что женщина должна испытать все прелести родов, что называется, «в полном объеме». Это означало: никаких обезболивающих — даже в процессе разрешения от бремени, если не считать того, что роженице позволялось разок вдохнуть эфир на пике схваток.

   Как ни странно, никто из врачей и медсестер даже не отвлекся от своих дел на шум моторов. Звук был оглушителен, но в родовой палате его никто, казалось, не замечал. «Как же это возможно?»— удивилась мама.

   В сущности, моторы, которые оставляли за собой онемевшую зону, должны были показаться ей облегчением. Но когда они миновали область таза и прогрохотали дальше, к талии, мама вдруг поняла, что произойдет, когда они дойдут до сердца, и это прозрение ее потрясло.

   Мы ее теряем...

   Нет! - ее захлестнула страстная жажда жизни. Больно ей или не больно, умирать она не собирается! Тут мама представила дорогих ей людей в трауре. Но, как она ни старалась, моторы никак не хотели дать задний ход. Они продвигались все дальше, дюйм за дюймом погружая ее тело в оцепенение, как бы понемногу стирая саму ее жизнь. Она была не в силах остановить их. Когда мама осознала это, с ней произошло нечто странное. Хотя она по-прежнему не хотела умирать, на нее снизошел внезапный покой.

   Мы ее теряем...

   Невидимые моторы дошли до грудины. Их грохот мощно отдавался у нее в голове.

   И тогда она начала подниматься вверх...

Странствие.

   В воздух поднималось отнюдь не тело моей матери, а нечто такое, что она не могла бы назвать иначе, как своей душой, тянуло вверх, ее что-то целенаправленно притягивало к себе. Назад она не оглядывалась. Мама больше не осознавала то, что окружало ее на физическом плане, но понимала, что родовая палата, и моторы уже остались позади. Она продолжала двигаться, подниматься вверх. И хота на сознательном уровне она ничего не знала о жизни после смерти и вообще ничего о «духовных» материях, в данном случае это не имело значения. Человеку не требуется никакой духовной подготовки, чтобы осознать тот факт, что самая главная часть его существа покидает тело и устремляется вверх. Объяснение этому может быть только одно.

   Последнее открытие, которое мама сделала, еще лежа на столе в родовой, заключалось в следующем: хотя она покидает привычный мир, происходящее больше не вызывает у нее никакого протеста. Сначала это ее удивило. Как только она перестала бороться за жизнь и пустила все на самотек, ее путешествие началось. В первую очередь у нее возникло чувство абсолютного покоя, умиротворения и свободы от любых мирских обязанностей. Не было больше никаких надоедливых повседневных мелочей, в которых можно увязнуть, сроков, к которым нужно сдавать работу, задач, с которыми необходимо справляться, чужих ожиданий, которым приходится соответствовать, рамок, которых нужно придерживаться ...

   И страха перед неизвестностью теперь тоже не было. Все подобные неприятности исчезали одна за другой... и какое же облегчение это вызывало! Какое гигантское облегчение! По мере того, как это происходило, на нее нахлынуло чувство, что она сама становится легче, и мама осознала, что она парит в духе. А после того, как все земные обязательства улетучились, мама почувствовала себя такой легкой, что даже поднялась еще выше. Так началось ее восхождение, во время которого она останавливалась лишь для того, чтобы принять то или иное знание.

   Поднимаясь, она проходила сквозь различные уровни, следовавшие друг за другом. А вот какого-то определенного «туннеля», о котором рассказывают некоторые пережившие аналогичный опыт люди, мама не помнит. Зато она запомнила, что по пути наверх, встречалась с «другими». Эти «другие» были не просто людьми, а «существами», «духами», «душами» тех, чье время на Земле истекло. Эти «души» разговаривали с мамой, хотя слово «разговаривать» здесь не очень подходит. Общение происходило без слов; это была своего рода телепатия, при которой не оставалось никаких сомнений в том, что именно вам сообщили. Сомнениям там не было места.

   Моя мать узнала, что словесный язык в той форме, в какой мы его знаем, не столько подспорье, сколько преграда для общения. Это одно из препятствий, которые даны нам для того, чтобы, преодолевая их здесь, на Земле, мы учились и приобретали опыт. Кроме того, язык - один из факторов, которые удерживают наш разум в известных ограниченных рамках. В этих рамках мы и должны функционировать, чтобы овладеть знаниями, которые нам предначертано получить.

   Моя мать поняла: только душа, то есть самая «сердцевина» личности, продолжает существовать после Смерти, и только она одна имеет значение. Природа каждой души была ясно видна со стороны. У душ нет ни лиц, ни тел — ничего такого, за что можно спрятаться, но мать точно видела, кто есть кто. Телесная оболочка больше не являлась частью личности. Она оставалась позади лишь как воспоминание о том, какую роль они некогда играли в жизни тех, кого любили, и надежно хранилась в памяти живых. Это единственное свидетельство об их прошлом физическом существовании, которое остается здесь, на Земле. А истинная их сущность уходит за пределы земного бытия.

   Моя мать поняла, как мало значения на самом деле имеет физический облик, внешняя манера поведения и наша привязанность к этим мнимым ценностям. Урок, который она должна была усвоить на данном уровне, заключался в том, что о людях никогда не следует судить по внешности (в том числе по расовой принадлежности и цвету кожи), а также по вероисповеданию и уровню образования. Нужно распознать, кто перед тобой на самом деле, разглядеть, что у него в душе, выйти за рамки внешнего и узреть истинную индивидуальность. И хотя этот урок мама усвоила еще здесь, озарение, полученное там, оказалось бесконечно более сложным и всеобъемлющим.

   Понять, сколько прошло времени, было нельзя. Мама понимала, что пробыла там достаточно долго, раз успела пройти эти уровни. А еще она узнала, что каждый из уровней преподносит свой особый урок.

   Первый уровень — это уровень душ, привязанных к Земле. Они еще не готовы к уходу. Эти люди переживают тяжелый период расставания со знакомым миром. Обычно это души, которые чувствуют, что оставляют на Земле неоконченные дела, требующие их участия. Может быть, они расстаются с любимыми людьми, которые находились на их попечении из-за болезни или инвалидности. Такие души весьма неохотно покидают близких, задерживаясь на первом уровне, пока не почувствуют, что способны освободиться от земных уз. Среди них есть и души людей, умерших внезапной или насильственной смертью. Им не хватает времени понять, что они умерли, осознать, через что им предстоит пройти на пути восхождения. Так или иначе, они ощущают сильную привязанность к живущим и пока еще не готовы уйти из этого мира. Пока они поймут, что им больше не дано действовать на земном плане, что они больше не отсюда, не из этого измерения, они остаются на первом уровне — на том, который ближе всего к их прежней жизни.

   О втором уровне у матери сохранились довольно смутные воспоминания, зато впечатления от третьего — совершенно яркие и четкие.

   Она помнит, что, поднявшись на третий уровень, ощутила какое-то тяжелое чувство. Ей стало грустно, когда она поняла, что это уровень тех, кто сам лишил себя жизни. Теперь эти души пребывали в лимбе. Они словно находились в карантине, не продвигались ни вверх, ни вниз. У них не было определенного направления. Для их пребывания на этом уровне была характерна какая-то бесцельность. Будет ли им в какой-то момент дозволено устремиться вверх, чтобы пройти урок до конца и продолжить свое развитие? У матери не укладывалось в голове, что дело может обстоять как-то иначе. Возможно, эволюция просто займет у них больше времени? Однако мама чувствовала, что все это — просто умозрительные догадки, а не ответ, который она могла бы принести обратно. Как бы там ни было, эти души отнюдь не пребывали в покое, и на этом уровне возникали очень неприятные ощущения — причем не только у его обитателей, но и у тех, кто проходил через него транзитом. Урок третьего уровня был ясен и незабываем: Лишая себя жизни, человек нарушает Божий замысел.

Дополнительные уроки.

   Уроки, которые моя мать сумела вынести из иного мира, на этом не закончились. Ей показали, насколько бессмысленно скорбеть по усопшим. У усопших есть только один повод для огорчения: страдания тех, кого они покинули на Земле. Ушедшие хотят, чтобы мы ликовали по поводу их ухода, чтобы мы «торжественно возвещали об их возвращении домой», ибо после смерти мы оказываемся там, где всегда хотели быть. Ведь мы, оставшиеся, горюем о своей утрате, о том, что в нашей жизни исчезло то место, которое некогда занимал в ней умерший. Независимо оттого, казалось ли нам его присутствие приятным или неприятным, это был один из наших уроков. Когда же человек умирает, мы теряем данный «источник обучения». Надо надеяться, что мы либо успели научиться тому, чему должны были, либо еще сможем это сделать, размышляя о жизни умершего, о том, как она переплеталась с нашей. Мама осознала, что для нашего вечного сознания отрезок времени с того момента, когда мы покидаем небеса ради земного развития, и до возвращения обратно продолжается не дольше, чем щелчок пальцами; она поняла, что все мы снова окажемся вместе очень быстро — «и глазом моргнуть не успеешь». Тогда-то мы и поймем, что все было задумано именно так.

   Еще ей показали, что, какими бы ужасными и несправедливыми ни казались вещи, происходящие с людьми здесь, на Земле, Бог в этом не виноват. Если убивают невинных детей, если хороший человек умирает после долгой болезни, если кого-то ранили или покалечили, это не следует связывать с какой-то виной или грехом. Все это наши уроки, которые мы должны усвоить, — часть божественного замысла относительно нас, и мы сами дали согласие на то, чтобы проработать их до конца. Это уроки, которые необходимы для нашей эволюции, — и для тех, кто их дает, и для тех, кто получает.

   Если взглянуть на вещи более широко, управляет этими событиями и контролирует их именно та личность, которая их переживает. Действие или, вернее, его отыгрывание на сцене жизни — это всего лишь наша оркестровка событий. Осознав это, мама увидела, насколько неуместно задавать вопрос вроде «как Бог допускает такие вещи», а также, исходя из подобных событий, сомневаться, существует ли Бог вообще. Теперь моя мать понимала, что на все это имеется безупречно логично объяснение. Оно было настолько безупречно, что она удивлялась, как могла не понимать этого всегда. И теперь, увидев целостную картину, она осознала, что все именно таково, каким и должно быть.

   Еще моя мать узнала, что война — это временное состояние варварства, то есть невежественный и нелепый способ устранять разногласия, и что наступит такой момент, когда война исчезнет совсем. Души, с которыми встретилась мама, считают, что присущая человечеству привычка воевать не только примитивна, но и просто нелепа. Подумать только: молодых мужчин отправляют вести битвы, затеянные стариками ради получения новых территорий! В один прекрасный день человечество пристально посмотрит на саму идею войны и спросит: «Зачем?» Когда наберется достаточно продвинутых душ, которые будут наделены достаточно мощным для разрешения всех проблем интеллектом, войнам вообще придет конец.

   Еще она поняла, почему людей, которые, казалось бы, совершали при жизни «ужасные» вещи, в мире ином принимают без осуждения. Поступки «злодеев» стали уроком для них самих, - уроком, который мог помочь им стать более совершенными. Они должны были развиваться начиная с уровня, который каждый из них выбрал сам. Конечно, потом им придется возвращаться на Землю снова и снова, пока они не усвоят знание, вытекающее из далеко идущих последствий их собственных действий. Они будут проходить цикл рождений и пере- рождений столько раз, сколько им будет нужно, чтобы пройти свой путь развития и в конце концов вернуться Домой.

   Когда все уроки были завершены, мама поднялась на наивысший уровень. Оказавшись там, она перестала подниматься и начала пассивно, без усилия скользить вперед. Ее неуклонно и целенаправленно влекла к себе какая-то сила. Со всех сторон мимо нее скользили восхитительно прекрасные цвета и образы. Они были подобны пейзажам, но... вот только земли там не было. Мама откуда-то знала, что это цветы и деревья, однако они нисколько не походили на то, что мы видим здесь, на нашей планете. Ее переполняло изумление при виде этих неповторимых, неописуемых форм и красок, не существующих в мире, который она покинула. Постепенно мама осознала, что она, слегка прикасаясь к поверхности, несется над чем-то вроде дороги. По обе ее стороны выстроились знакомые ей души — друзья, родственники, а также люди, которых она знала по многим другим воплощениям. Они пришли, чтобы встретить ее, помочь пройти это и сообщить, что все в порядке. У мамы это вызвало неописуемое чувство покоя и блаженства.

   В дальнем конце дороги она увидела свет, подобный солнцу. Он был таким ярким, что она испугалась, как бы не обжечь глаза. Но он был ослепительно прекрасен! Мама не могла отвести от него взгляд. Как ни странно, глазам не было больно, даже когда она приблизилась к этому сиянию. Его яркий блеск казался знакомым и каким-то уютным. Мама увидела, что ореол этого сияния окутывает и ее, и поняла, что оно — нечто большее, чем просто свет: это было средоточие Высшего Существа. Она вышла на уровень всезнающего, всепоглощающего Света, приемлющего и любящего все. Мама поняла, что теперь она Дома. Здесь она была на своем месте. Отсюда она пришла.

   Потом Свет стал общаться с нею без слов. Посылая ей одну-две невербальных мысли, он вкладывал в них столько информации, что хватило бы не на один том. Свет показал ей в картинках ее жизнь — данное воплощение. Это выглядело поразительно; почти все, что она когда-либо говорила или делала, предстало перед ней ясно, как на ладони. Она смогла реально почувствовать боль и радость, которую приносила другим. В ходе этого процесса она и получала назначенный ей урок — без всякой критической оценки. Но хотя никаких оценок ей не выносилось, мама сама поняла, что прожила жизнь хорошо.

   Через некоторое время ей была послана информация о том, что ее отсылают обратно. Но она не хотела уходить. Невзирая на то, что сначала мама так боролась со смертью, теперь она, как ни странно, вообще не хотела покидать это место. Она испытывала такой дивный покой - ей было так уютно в этом новом окружении, среди новых открытий и старых друзей. Она хотела бы навеки остаться здесь. Как можно было ожидать, что она захочет вернуться обратно?

   В ответ на немые мольбы матери дали понять, что ее работа на Земле не закончена: она должна вернуться, чтобы вырастить ребенка. И сюда она попала отчасти затем, чтобы получить особое знание, как именно это сделать.

   Вдруг мама ощутила, что ее тянет назад из средоточия Света и влечет обратно по дороге, которая привела ее сюда. Теперь она летела в противоположном направлении, понимая, что возвращается в земную жизнь. Расставание со знакомыми душами, лицами, образами и самим Светом вызывали у нее глубокую грусть и тоску.

   По мере удаления от Света те знания, которые мама получила, начали исчезать. Она знала, что запрограммирована их забыть; помнить ей было еще не положено. Она отчаянно пыталась удержать то, что еще осталось, понимая, что все это наверняка не было сном. Она боролась за то, чтобы удержать воспоминания и впечатления, многие из которых уже исчезли, ее угнетало чувство ужасной потери. Тем не менее, она ощущала внутренний покой, поскольку понимала: когда ей придет время вернуться домой, ее там примут с любовью. Мама знала: уж это-то она точно запомнит. Она больше не боялась смерти.

   В этот момент мама снова услышала далекий звук моторов. На сей раз они начали движение от макушки и продвигались вниз, к ногам. Сквозь грохот она начала различать голоса - человеческие голоса, а затем и удары собственного сердца.

   Она заметила, что боль почти прекратилась.

   Моторы опускались все ниже, ниже и ниже: их шум все ослабевал. Скоро они совсем сошли на нет, оставалось только покалывание в подошвах ног. А потом и оно тоже исчезло. Все было кончено. Моя мать вернулась в то место, которое люди называют «реальным миром».

   Врач, улыбаясь, склонилась над ней с видом величайшего облегчения.

- Поздравляю, Лоис, - сказала доктор. - У вас родился прекрасный мальчик.

Смысл происшедшего.

   Матери меня тогда еще не показали. Сначала меня нужно было вымыть, взвесить, сосчитать пальчики на ногах. И вот ее отправили в палату. Когда маму везли по коридору, ее внезапно переполнило всепоглощающее ощущение того, что она пережила и поняла. Интуитивно она понимала, что уже не помнит; многие из тех прозрений, которые открылись ей всего несколько минут назад. Она забыла, почему небо голубое, почему трава зеленая, почему Земля круглая, как был сотворен мир — а заодно и всю ту безупречную логику, которая объединяла и пронизывала все эти откровения. Но она также знала наверняка, что Высшее Существо есть. Бог существует.

   Было еще одно откровение, которое с недвусмысленной ясностью удержалось у нее в памяти: «Мы здесь для того, чтобы получить уроки, которые сделают наши души более совершенными. Мы должны собственной жизнью реализовать этот замысел на данном уровне, прежде чем будем готовы перейти на следующий. Именно поэтому одни люди являются старыми душами, а другие - молодыми».

Эрик Перл. «Воссоединение: Исцеляй других, исцеляйся сам».

 

Новости сайта.

Реинкарнация, интуиция, подсознание, карма….

Интересные факты психологии.

Энергетические практики в повседневной жизни

Медитации онлайн

Энергетические практики онлайн

Достоверные истории из практики регрессолога

 

 

ЗАПИСЬ НА СЕАНС

Отзывы

 

Вернуться на главную страницу

 

 

Категория: Новое | Просмотров: 42 | Добавил: ольгасон | Рейтинг: 0.0/0
Форма входа
Логин:
Пароль:
О себе
Гипноз
Гипнотерапия
Запись на сеанс
Целительство
Истории . Практика
Аффирмации
Лиз Бурбо
Видео. Непознанное
Благодарю за отзыв
Youtube
Новости сайта
Медитации онлайн
Посетители сайта
Copyright MyCorp © 2020Сделать бесплатный сайт с uCoz